Кощей, глядя на Андрея, сказал:
– Волшебные жители раздражают халдеев своей разношерстностью и непредсказуемым поведением. Раздражают своей непохожестью, невозможностью их усреднить. А феи, вы сами видели, особенно яркие, разные и взбаламошные. Есть столь крошечные феи, что не мнут лепестков цветов, на которые садятся. Есть феи ростом с земную девушку. Но главное, феи совершенно не подчиняются приказам и инструкциям халдеев. Василиса, Баба Яга, гномы и другие, даже я, вынуждены подчиняться хотя бы для видимости правилам, которые устанавливают серые. Феи же просто не в состоянии это делать. Их яркость и необычность нельзя уменьшить даже немного. Их нельзя сделать серыми, невзрачными. Их можно только уничтожить.
– С удовольствием поджарю пару – тройку серых, – радостно рявкнул Горыныч.
– Да, фей надо спасти, – сказал Кощей. – Но сделать это должен Андрей. В помощь ему дадим Лихо Одноглазое.
– Ты что, старый скелет, нас позоришь. Почему я не могу помочь витязю? – взревел Змей.
– Замолчите, дурьи головы! Потому и не можешь помочь, что Андрей – Витязь. Вот, кстати, и проверим его в деле. И еще имейте в виду. О том, что в этом мире находится земной разведчик халдеи знают, но они не ждут от разведчика активных диверсионных действий. Да еще столь нахальных
Кощей вопросительно посмотрел на Андрея. Тот молча кивнул.
Глава 6. Деревня фей
Над холмами, над долами,
Сквозь терновник, по кустам,
Над водами, через пламя
Я блуждаю тут и там!
Я лечу луны быстрей
Я служу царице фей…
У. Шекспир
Змей Горыныч приземлился на небольшой лесной поляне. Андрей и Босяк слезли с его спины. Андрей, шагая в раскоряку, с кряхтеньем растирал замершие и затекшие руки. Во время полета на Змее он сидел на его гребне между костяными шипами и сейчас чувствовал себя так, словно, не слезая, проехал на горбу бешеного верблюда пару сотен километров. Босяку было легче. Он проделал весь путь, сидя в специальной сумке, привязанной к груди Андрея. Правда, он тоже замерз от холодного высотного ветра, но быстро отогрелся и как всегда начал ерничать:
– Как, хозяин, поездочка? Каков конь? – он кивнул в сторону Горыныча. – Пойдешь в кавалеристы? Али задницу натер? Конечно, жеребец попался с норовом.
– Эй ты, нахальная козявка, я тебе не жеребец, – возмутился Горыныч.
– А кто ты, уважаемый? – подозрительно вежливо спросил Босяк.
– Я благородный Змей.
– То есть, говоря по научному… Ты ведь уважаешь науку?
– Уважаю. Так что там по научному, – Змей почувствовал подвох.
– По научному, раз ты змей, то ты относишься к отряду пресмыкающихся, то есть ползающих. А рожденный ползать летать не может. А если и летает, то ой как хреново!
– Да я тебя сейчас… – взревел Горыныч.
– Тише, тише, успокойся пожалуйста, – сказал ему Андрей. – Не надо обижаться на дурака. Он сейчас извинится.
– Я дурак? Я извинюсь? А не пойти бы тебе, хозяин, подальше, – взъерепенился Босяк. Однако Андрей ухватил нахального кота за шкирку, с силой сдавил ему шею и преувеличенно ласково сказал:
– Дурак, конечно. Извинись, пожалуйста.
– Извини, Горыныч, я был не прав, – приглушенно пискнул самоуверенный Босс.
Тут откуда-то возникло Лихо Одноглазое.
– Как ты сюда попало? – удивился Андрей.
– У моего хвоста пряталось. Кощей велел ему вам помогать, – пояснил Горыныч.
Где пряталось Лихо, Андрей так и не понял. Если только под хвостом у Змея в за… Впрочем, на то оно и Лихо, чтобы возникать ниоткуда.
– Прощевайте. Удачи вам. Жаль мне нельзя с вами, – Горыныч подпрыгнул и, тяжело махая крыльями, поднялся в небо.
***
Андрей и Босяк сделали всего несколько шагов по лесной тропинке. Лесные заросли куда-то исчезли, и перед ними открылась деревня фей. Они оказались на поляне сказок, словно из очень красочного и невероятно доброго мультфильма. Андрей видел ажурные многоэтажные домики и расписные деревенские хатки, дома-деревья и колеблющиеся как миражи голубые воздушные замки. В высокой траве поблескивали родниковым блеском росы крошечные окошки многоцветных домиков-цветов. В воздухе и траве струились радужные дорожки и мостики. Вокруг летало множество фей. Другие феи гуляли по дорожкам, выглядывали из окон. Звучала мягкая, изумительная музыка, неуловима похожая на все слышимые в жизни добрые и веселые мелодии. Воздух мерцал разноцветными искрами. И над всем этим великолепием сияла яркая радуга.
Андрей забыл, зачем он здесь, он не понимал, как может видеть все это сразу – и фей, и цветы, и дома-деревья и все-все остальное. У него появилось ощущение невероятной легкости в теле, такой легкости, что казалось он мог скользить по вершинам травы, и трава и цветы не сгибались бы под его ногами.
С ближних цветов слетела стайка крошечных фей. Подлетев к Андрею, они закружились вокруг его головы, весело щебеча.
– Ка-акой серьезный! Ка-акой красивенький! Смотрите, он весь обвешан оружием! Он что, воевать с нами собрался?! Ой, какие у него очаровательные глазки! Греческий носик! Девочки! А какая у него попка! Ах, как жаль, что он такой большой! Ах, как жаль, что я такая маленькая! Ах, я влюблена! Ой, я без ума от него! Ах!.. Ох!.. Ай!.. Ой!..
Андрей обалдело крутил головой. В его глазах мелькали разноцветные пятна одежд и радужных крыльев. В ушах звучал оркестр серебряных колокольчиков, заглушая остатки каких-либо связных мыслей.
Несколько маленьких фей кружилось над Босяком, поглаживая его голову и уши. Одна из них вдруг дернула кота за ус. Босяк недовольно фыркнул, но вопреки своему характеру ничего не ляпнул.
Перед Андреем прямо из воздуха протаяла женщина изумительной красоты и… неопределенного возраста. С ее плеч струилось платье, светящееся небесной голубизной и пухом белоснежных облаков. Платье не было надето, оно рождалось на плечах и именно струилось вдоль тела и таяло в стеблях травы. В мочках ушей, в волосах, на белоснежной шее сверкали голубыми и зелеными звездами драгоценные капли росы.
– Здравствуй, витязь Андрей. Я фея Моргана… Кыш вы, несносные. Совсем задурили парню голову, – она махнула рукой на стайку маленьких прелестниц. Феи, хохоча, еще пару раз облетели Андрея и упорхнули к своим цветочным домикам.
– Пойдем, дорогой витязь. Зайдем ко мне домой, попьем чайку.
Моргана взяла Андрея под руку, и он почувствовал, что они оба скользят по воздуху, не касаясь травы. Сзади послышалось недовольное, и даже испуганное мяуканье. Андрей обернулся. Босяк скользил по воздуху над травой, нелепо растопырив лапы. Верхом на нем сидела фея и хохотала во все свое маленькое горлышко. Глаза босяка ошалело вращались в разные стороны.
– Прекрати, Нея! – строго сказала Моргана. – А ты, зверь, иди своим ходом, раз боишься лететь.
Фея вспорхнула с Босяка. Тот упал на землю, и шерсть на его загривке встопорщилась. Он гордо вздернул голову и заявил:
– Ничего я не боюсь! Ни твоих фей, ни летать, ни плавать, – тут он явно заврался.
– Ну-ну, – насмешливо сказала Моргана.
Куда делось Лихо, Андрею было совершенно неинтересно. Вряд ли ему было место в мире фей.
Они приблизились к небольшому домику, стоявшему на опушке леса. Домик был соткан из искрящихся нитей всех оттенков голубого и синего цветов. Изящная веранда была перевита зеленым плющом. На веранде стоял небольшой столик, на нем ваза с цветами. Вокруг столика располагалось несколько плетеных кресел. Моргана и Андрей поднялись на веранду и сели в кресла. Моргана взмахнула рукой, и на столике возник чайный сервиз тонкого голубого фарфора, расписанного цветами. В углу веранды появился коврик из толстой голубой шерсти, а на нем большое блюдце с горкой аппетитно пахнущей вареной рыбы. Босяк устремился, было к рыбе, но, задержавшись у столика, сказал:
– Могли бы сервировать мне вместе с собой, на столе.
– Ничего, не барин. И на коврике неплохо будет.
Моргана повернулась к Андрею:
– Угощайся, витязь.
От узорного чайника исходило ароматное тепло. В многочисленных розеточках томились разнообразные варенья и мед. На широком подносе лежали пышные булочки.
– Вижу, нравится тебе у нас, – улыбнулась Моргана.
– Слов нет, чтобы выразить вашу красоту! – искренне ответил Андрей, но тут же помрачнел. – Вы знаете, что к вам идет отряд спецназа серых халдеев?
– Знаю.
– Что собираетесь делать?
– Ничего, – беспомощно развела руками Моргана. – Нашему беззаботному народу все нипочем. Ни о какой опасности они и слушать не хотят. С ними ничего не поделаешь.
– Хотя бы уговорите их ненадолго покинуть деревню и спрятаться в лесу.
– Ничего не получится, они никуда не уйдут. И потом, мы все надеемся на вас, на вашу защиту.
